Л. Ф. Логинов,
кандидат исторических наук, профессор,
заведующий кафедрой истории и права Института экономики и управления
Кубанской государственной медицинской академии

Генезис и эволюция православия на Кубани, его роль в духовном развитии казачества нашли достойное место в энциклопедическом труде Ф. А. Щербины. Прежде всего он подчеркивает:

"Запорожцы и их наследники, черноморцы, отличались особенною религиозностью и приверженностью к православной религии. И это понятно. В девизе Запорожья стояла борьба за веру. Черноморцы наследовали этот девиз., идя на Кубань оберегать русские границы от людей иной, не христианской веры…. Духовные потребности казака всецело сводились к делам веры и церкви, как к одному из коренных условий народного быта, сложившегося исторически… Но прежде чем черноморцы принесли свет Христов в новый край, здесь существовали уже в древние времена христианство, церковь, обители и христианское население".

Христианство возникло здесь в I в. н. э. Именно через Кавказ и Причерноморье шло его проникновение на земли будущей Киевской Руси. "Первыми вестниками христианства на Кавказе были апостолы Андрей Первозванный и Симон Зилот, или Кананит". Они появились здесь в 40-м году от Рождества Христова, первоначально в Абхазии. Кананит остался в Абхазии, где позднее принял мученическую смерть от рук языческих приверженцев племени соан, вероятно, увидевших в христианстве религиозного конкурента. Андрей же продолжил свое странствование по Черноморскому побережью и, поднимаясь в горы, посетил земли зихов, касогов, сугдеев, скифов, побывал в Боспорском царстве, на Тамани, в Приднестровье, затем прошел от устья Днепра до земель будущего Киева и по "пути из варяг в греки" достиг поселений Новгородской земли, откуда через земли варягов вернулся в Грецию.

Раньше всего христианство утвердилось в прибрежных районах Абасгии (Абхазии), Зихии, а также в Грузии и Армении, где христианство еще в IV в. было объявлено государственной религией. Значительную роль в распространении христианства на Кавказе сыграл великий христианский проповедник Иоанн Златоуст - патриарх Константинополя, который в начале V века был отправлен в ссылку в Абхазию.

Сравнительно рано христианство распространилось на Тамани. Известно, что в 519 г. на Константинопольском соборе Православной церкви присутствовал епископ Фанагории – Иоанн. Значит, на Тамани уже в VI веке существовала православная епархия.

Приблизительно в это же время аналогичные епархии существовали у алан и зихов. Были христиане и среди скифов и половцев. Щербина указывает: "Скифские епископы участвовали в III, IV и V вселенских соборах, и весьма вероятно, что к христианской религии были причастны и скифы Кубанской области… Была также епископская кафедра в Акании, а под именем Акании известны были страны от устьев Кубани до устьев Терека".

Христианизация Кубани существенно возросла после крещения Руси князем Владимиром и появление Тмутараканского княжества. С возникновением Османской империи на Кавказе началось насильственное насаждение ислама. Древние кабардинские предания свидетельствуют о жестокой расправе турок с "неверными": священников – распространителей христианства (шогений) казнили, их книги сжигали, христианские символы разбрасывали... Черкесы в течение двух веков отстаивали свою политическую и религиозную самобытность. Со временем туркам удалось вытеснить православие с черкесских земель как превалирующее вероисповедание, однако еще многие десятилетия у черкесов существовали отдельные христианские обычаи.

С конца XVIII в. на Кубани стали селиться семьями старообрядцы. Переселившиеся на Кубань запорожские казаки по существу восстанавливали православие, насильственно изгнанное войсками турецкого султана. Полное возрождение на Кубани официальной Русской Православной Церкви начинается с конца XVIII в.

Объективная роль православия в становлении социокультурных традиций казачества в том, что на протяжении веков оно было и остается живительным источников формирования его культуры и духовного облика, основой складывания его нравственных ценностей, менталитета, самосознания и психологии, непоколебимой базой его уверенности в правоте "святого дела по защите веры, земли и Отечества".

Со времен Запорожской Сечи казачеству свойственна верность православию, психологическая готовность защищать его от всех опасностей - "живот за веру положить", "претерпеть всякие муки за Святой Крест". Гордые и свободолюбивые запорожцы, принявшие обет безбрачия и жившие по законам "святого товарищества", взаимной выручки, совместной поддержки, называли себя "лыцарством" и "товариством", призванным защищать угнетенный народ и православную веру от поругания. Они принимали в свои ряды всех готовых сражаться под такими знаменами и сознающих всю меру возможных опасностей.

Верность православию органически сочеталась в казачестве с преданностью Родине. Охраняя и закрепляя границы, казачество рассматривало защиту Родины как одну из святых обязанностей.

Конечно, отношение к войнам у Церкви неоднозначно. Как свидетельствует апостол Павел, Церковь несет людям благую весть примирения (Рим.10:15), а войны - проявление зла (Быт.4: 3-12). Однако когда речь идет о защите ближних, о попранной справедливости, Церковь не только не воспрещает своим чадам участвовать в боевых действиях, но и благословляет их на это. Православие относилось с глубочайшим почтением к воинам, которые ценой собственной жизни сохраняли безопасность ближних. Воинов, прославившихся в боях, Церковь причисляла к лику святых, памятуя слова Христа: "Нет больше той любви, как если кто положит душу свою "за други своя" (Ин. 15: 3, 13).

Справедливость воздаяния врагам Отечества за пролитую кровь апостол Матфей формулирует словами: "Взявшие меч, мечом погибнут" (Мф. 26:52). На этой основе Церковь имеет особое попечение о воинстве, воспитывая его в духе верности идеалам защитника Отечества.

Эти традиции несло в себе и казачество. При этом преданность Отечеству психологически идентифицировалась с любовью к своей малой родине ("отчине и дедине", по выражению П. Б. Струве) – родной Кубани. И не случайно гимн кубанских казаков начинался словами: "Ты Кубань, ты наша Родина". Это предопределило высокий статус в системе ценностей таких качеств казачества, как беспредельное мужество, бесстрашие, отвага, смелость, ловкость, находчивость и физическая выносливость.

Мужественные подвиги товарищей по оружию, бесстрашие и смелость высоко оценивались общественным мнением, о них помнили станичники, и память о них передавали потомкам. В семьях знали и помнили в подробностях героические поступки предков.

Казаки гордились наградами, орденами и медалями, надевали их на праздники, бережно хранили и передавали потомкам. Грамоты и знаки отличия за доблестную службу, за мужество и отвагу висели на видном месте. Казаки бережно хранили и оружие прошлых поколений, гордились им.

Особое уважение - "Георгию". Георгиевский крест - самая почетная награда. Профессор Н. И. Бондарь отмечает: "В речи, обращенной к Георгиевским кавалерам, полковник Свидин говорил 10 ноября 1910 г.: " Никакой самой долгой, верной и преданной службой, никакими заслугами перед царем и Родиной на гражданской службе нельзя получить этого белого креста, что украшает вашу грудь. Его дают только тем, кто боролся с врагом и в глаза заглядывал смерти. Всякий из вас, прежде чем получить белый крест, ждал себе другого креста – того, что венчает могильный холм… Вот почему при виде креста вашего бьется сильно сердце, подымается рука ломать шапку, чтобы поклониться вашему подвигу".

Совместное участие в боевых действиях сформировало в казачестве "святое товарищество":
"Станичники вместе уходили на службу и, как правило, служили в одном полку, поскольку каждая станица была включена в определенный войсковой округ. Через одни и те же части проходило несколько поколений жителей станицы. Принцип "сам погибай, а товарища выручай" редко когда нарушался в казачьей среде. Если это случалось, то позор падал не только на виновного, но и на членов его семьи, родственников и даже потомков".

Однослуживцы после окончания службы создавали свое "полковое братство", в складчину покупали икону какого-то святого (чаще всего Георгия Победоносца), ставили ее в церкви, служили благодарственные молебны и считали его покровителем своего братства. С детства казаку внушалось, что "казак казаку брат".

Православие изначально привлекало казачество высоким духовно-нравственным потенциалом, гуманистическим характером нравственных заповедей, последовательным человеколюбием, милосердием, состраданием, долготерпением и подвижничеством. Они и стали характерными чертами менталитета самого русского этноса - и казачества как его составной части. Они выгодно отличали православие от свойственных католицизму и многим формам протестантизма меркантелизма, стремления к наживе, накопительству, приобретательству, предприимчивости… И это помнили казаки со времен Запорожской Сечи. Православная Церковь, органически связанная с традициями первых христианских общин, решающих все вопросы богослужебной, а зачастую и мирской жизни сообща, коллективно, всей общиной - или, как говорили на Руси, "всем миром", - была созвучна психологии казачества, решающего многие проблемы жизнедеятельности на войсковом круге, на сходе станичных жителей.

Общность интересов в защите Родины, братство по оружию психологически закрепляли и в других сферах жизни - в частности, экономической - осознанием преимущества в повседневной станичной жизни коллективных форм хозяйствования над индивидуальными. Это проявлялось в общинной форме владения землей, совместном пользовании лугами, пастбищами, лесами, в различных формах взаимопомощи – при строительстве дома, рытье колодцев, сооружении мостов, строительстве дорог... Община оказывала помощь при снаряжении неимущих станичников на военную службу - экипировкой обмундированием. Община помогала и в случаях голода, ударов стихии, неурожая. Заботилась она о сиротах и вдовах. На случай неурожая община создавала общественный фонд зерна.

Особым было отношение казака к земле – кормилице. Казаки, владеющие занятой ими землей по праву владения-захвата, были убеждены: земля эта не пожалована им московскими царями, но завоевана кровью казачьей, могилами казачьими закреплена... Поставленные перед необходимостью самообеспечения - себя, семей, войска, они видели в земле единственный источник благополучия. Труд на земле был смыслом жизни, неукоснительным законом для казака.

Такое понимание психологически формировало и отношение к использованию земли. В казачестве считали естественными трудолюбие, упорство в преодолении трудностей; сноровка при работе на поле - и не только в страду, но ежедневно, и не только со стороны мужчин, но всех членов семьи.

И, наоборот: бесхозяйственность, лень, равнодушие, отлынивание от дела, работа спустя рукава, пустое времяпрепровождение, мотовство - получали они общественное осуждение, порицание односельчан. Поэтому бережливость, уважительное отношение к достатку, созданному трудом долгим, упорным, воспитывались в семьях с детства.

В то же время крохоборство, жадность, безудержное накопительство и чрезмерное богатство в казачьей среде не поощрялись никогда. Отношение ко всяким запасам у большинства казаков было и умеренным, и чисто прагматичным - "лишь бы на год хватило, до нового урожая".

Достаток семьи, добытый "горбом", имел высокий нравственный статус. Христианская заповедь "не укради", честность и порядочность - были для казака нормой. Поэтому в среде казачества в принципе не было воровства. В документах оно отмечается часто лишь в годы революций и войн. В одном из документов значится: "Двери дома вы можете оставлять не запертыми - домашний скарб ваш будет в целости…".

Традиционная честность и порядочность казаков была, может быть, одной из причин принципиального отказа казачества заниматься торговлей, т. к. в торговле "не обманешь – не продашь".

Когда становились известны случаи пропажи, воровства скота, реакция казаков была молниеносной: по звону церковного колокола нередко поднималась вся станица - и громила тех, кто либо подозревался в воровстве, либо содействовал ворам. И это было уроком всем…

Честность казаков была известна за пределами России. Разве случайно некрасовцам, вынужденным бежать из России в Турцию, султан доверял охрану казны?..

С православием были связаны твердые нравственные устои семейно-брачных отношений Они формировались столетиями - в связи с частыми отлучками мужа для исполнения воинского долга. Особенно строго карались добрачные интимные отношения, и сама молодежь играла в этом заметную роль. Как отмечает Н. И. Бондарь, "если в ходе свадьбы оказывалось, что девушка "нечестная", свадьба или прекращалась, или же невесту и особенно ее родителей ожидал неминуемый позор. Во многих станицах отца и мать невесты водили в хомутах по улицам или в их доме устраивали погром".

…Высокий статус православия в менталитете казачества вел к тому, что оно пронизывало всю жизнь, быт и культуру казака, начиная с его рождения. В семьях непременный закон - крестить ребенка, посещать церковь, исповедоваться, причащаться. Казачьи поселения рождались с закладки храма, и воздвигали его на самом высоком месте: он и становился духовным и социальным центром станицы.

Убранство казачьих храмов отличалось богатым иконостасом, центральные (царские) врата часто выливались из серебра, оклады икон украшались золотом… Лампады - из цветного стекла… В казачьем храме церковная утварь часто была из золота - кресты, кадило, чаши, подсвечники, люстры… В храме хранились казачьи регалии, знамена, грамоты …

Напутственным молебном провожали казаков на службу, в походы и на войну. А встречали - благодарственным служением.

Казаки, возвращаясь из военных походов, часть военной добычи отдавали на содержание церкви, "на помин души" погибших в бою. Часто они в складчину приобретали для церкви серебряные церковные сосуды, оклады для Евангелия и другие храмовые ценности.

Соглашаясь на бракосочетание молодых, родители благословляли их иконой.

Перед серьезным трудным делом казаки обращались к Богу и святым угодникам за благословением. В Крещение, возвратившись из храма со святой водой, освящали ею углы и стены дома, хозяйственные постройки и скот.

Все жизненно важные события – рождение, крещение, свадьба, похороны, поминовение – сопровождались молитвой и религиозными ритуалами. Такую же окраску носили и календарные праздники – Рождество, Святки, Масленица, Пасха, которые отмечались в каждой семье.

Казаки не очень глубоко разбирались в догматах христианства. Занятые военной службой, ведением непростого домашнего хозяйства, они не имели ни времени, ни средств, да и необходимого образования для углубленного изучения религиозных догм, богословского или катехизисного изучения. В. П. Руденко пишет:

"Они больше внимания уделяли непосредственной вере, основанной на чувстве. В силу необходимости удовлетворяли свои религиозные потребности не так, как было должно, а как было возможно. Если отношение к Родине, военной службе у казаков было сакраментальным, то в быту им не были свойственны многие из таких добродетелей, как благоразумие, терпение, смирение, святость брака".

Тем не менее, несмотря на всю патриархальную простоту и не всегда соответствующую канонам церкви практическую жизнь, казаки отличались религиозностью и набожностью. Эта психологическая черта хорошо прослеживается на примере частной молитвы в семейной традиции, исследованной в работе И. А. Кузнецовой по результатам этнографических экспедиций: помимо молитвенного общения с богом в церкви во многих казачьих семьях и сегодня широкое распространение имеет частная молитва как ритуал, установленный церковью в "домашнем исполнении". При этом каждодневное и текстовое исполнение молитвы, зависимое от степени воцерковленности и грамотности членов семьи, было, естественно, разнообразным в каждом отдельном случае, однако обязательным считалось чтение молитвы утром, вечером и перед едой. Традиционно читают "Отчую" ("Отче наш") и "Богородицу" ("Богородице, Дево, радуйся"), но весьма распространены и импровизированные, "вольные" обращения к Богу: "Господи, благослови на день грядущий" (утром), "Господи, благослови начать работу" (перед пахотой), "Зароди, Господи, и слепым, и нищим, и нам всем" (перед посадкой овощей), "Господи, помилуй и благослови на пищу" (перед едой), "Спасибо Богу, Матери Божьей, усим святым за хлиб, за силь, за дар Божий" (после еды). При выходе из дома крестятся со словами: "Огради меня, Господи, силою своего животворящего Креста спаси меня, Господи, от всякого зла".

В ХХ в, Церковь пережила жестокие испытания. Роль Церкви принижалась, ее ценности и святыни разграблялись, священство подвергалось репрессиям. Все это обернулось духовным и нравственным кризисом общества. В процессе реформирования России началось духовное возрождение Кубани, Православной Церкви. Восстанавливаются храмы и монастыри, в быт народа вернулись православные праздники. Церковь возвысила вой голос на поприще нравственного очищения народа.

Особ вклад Православной Церкви в нравственное воспитание заключенных. Церковь взяла над исправительными учреждениями нравственную опеку, цель которой - заронить в души оступившихся осознание совершенного преступления, породить раскаяние и желание вернуться в нормальную жизнь.

Особую роль в духовном обновлении Кубани играет Кубанский казачий хор под управлением В. Г. Захарченко. Он не только возродил традиции войскового певческого хора, но и оплодотворил его уникальным народным песенным искусством. Хор стал неповторимым художественным коллективом страны, любимым и в России, и в ближнем и дальнем зарубежье.

На базе хора создан Центр народной культуры. Его задача - возрождать, сохранять, передавать из поколения поколению народную культуру Кубани. В Центре созданы отделы фольклора и этнографии, традиционной народной педагогики, праздников и обрядов, иконописная мастерская, экспериментальная детская школа… Он по крупицам собирает в станицах и хуторах наследие казачества - песни, танцы, обычаи, обряды… Переработанные в отделе фольклора и этнографии, они обретают сценическую жизнь в хоре - возвращаются кубанцам в ярких концертных программах хора.


Конференция «Научно-творческое наследие Ф.А. Щербины и современность», 2004 г. Краснодар