29 Июля 2016
Этот день в истории кубанского казачеста
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Карта казачьих отделов ККВ
Версия для печати

Тайна «Гначбау» (загадки, связанные с гибелью Л. Г. Корнилова)

07.02.2010. Количество просмотров: 3920


Н. А. Корсакова, С. Р. Илюхин

Утром 31 марта (13 апреля н. ст.) 1918 года, на четвертый день непрерывного штурма Екатеринодара, погиб Главнокомандующий Добровольческой армией генерал Л. Г. Корнилов. Это была кульминация 1-го Кубанского (Ледяного) похода. Смерть вождя потрясла добровольцев. Принявший командование генерал А. И. Деникин отменил назначенное на этот день решительное наступление на город и приказал, ввиду подавляющего превосходства противника в живой силе и вооружении, отступать к северу.

Некоторое время обстоятельства гибели Kорнилова были практически неизвестны современникам. В периодической печати излагались различные версии случившегося, слухи и неподтвержденные сведения. Газета «Известия ВЦИK Советов крестьянских, рабочих, солдатских и казачьих депутатов» 20 апреля 1918 года поместила две версии гибели генерала. Со ссылкой на телеграмму товарища председателя исполкома Левина сообщалось, что генерал был убит «революционной мортирой», и одновременно публиковалась информация, что «он убит двумя чеченцами своего отряда» (13).

Газеты «Наше Слово» и «Раннее утро» объявили: «...Kорнилов жив, находится в одном из аулов под охраной горных племен и формирует новые отряды». «Известия» дали опровержение и в качестве доказательства факта смерти генерала Kорнилова опубликовали интервью члена Kубанского областного ЦИK И. Скворцова газете «Знамя Труда» от 15 мая 1918 года, который заявил, что Kорнилов убит (13).
Этот эпизод Гражданской войны в России впоследствии был широко освещен в эмигрантской мемуарной литературе. Основные моменты гибели Л. Г. Корнилова, захоронения, извлечения большевиками тела из могилы и сожжения его совпадают почти у всех авторов, однако некоторые обстоятельства излагаются по-разному либо не упоминаются вовсе. Мы попытались, используя опубликованные и архивные материалы, проведя свои собственные изыскания в пространстве и во времени, дать свою версию пяти загадок этой трагедии.

Загадка первая. Откуда пришла смерть

До 1967 года в Краснодаре, на северном замыкании бульвара по улице Красной, находился древний курган киммерийской эпохи, срытый при строительстве кинотеатра «Аврора». А на вершине кургана в 50-е годы стоял знак, утверждавший, что с этого места в 1918 году был выпущен снаряд, уничтоживший главаря белогвардейцев Корнилова. В начале 60-х знак убрали, не оставив о нем и следа. Советские источники сталинского времени сообщали, что Корнилов был убит снарядом, выпущенным из орудия, находившегося недалеко от кургана у станции Краснодар-2 (10). Во времена «оттепели» уже фигурировал «метко пущенный одной из наших артиллерийских батарей снаряд», без указания на место расположения батареи (12).

В некоторых современных исследованиях утверждается, что роковой залп был дан из орудия под командой краскома Д. П. Жлобы на передовых позициях красных в 6 км от штаба Корнилова (2). На самом деле эти позиции отстояли от него всего на 2–3 км. Наилучший обзор «фермы», домика экономического общества на крутом берегу Кубани, где располагался штаб Корнилова, из южной части Екатеринодара (где был штаб обороны города) доступен с колокольни Троицкой церкви (В. А. Соловьев, устное сообщение). Дистанция от нее до «фермы» как раз составляет 6 км. Вероятно, именно оттуда Жлоба руководил наводкой орудия.

Чем же объясняется такое разночтение? По-видимому, причина в том, что в 1938 году Жлоба был объявлен врагом народа и расстрелян. И нашлись желающие воспользоваться чужой славой удачливого артиллериста. А после реабилитации Жлобы (1956 г.) лживую надпись убрали, чтобы не привлекать внимание к этому щекотливому вопросу. Тем самым вопрос был закрыт.

Снаряд прилетел с южной стороны. Это доказывается тем, что стена комнаты, которую пробила граната, обращена к реке, на юг (6, с. 13).

Загадка вторая. «Гначбау»

Отступление началось к вечеру от станицы Елизаветинской, в 18 верстах западнее города. Для того чтобы ввести противника в заблуждение, было объявлено направление на северо-запад, на станицу Старовеличковскую. Действительной же первоочередной целью была станица Медведовская, расположенная севернее Екатеринодара (14). Однако выдержать точное направление, проходя по контролируемой большевиками территории, не удалось. Колонна отклонилась к западу, к утру следующего дня пересекла реку Понуру и остановилась на ее берегу, в небольшой немецкой колонии. 2 апреля здесь, за околицей колонии на берегу Понуры, в тайне было захоронено тело Л. Г. Корнилова и – невдалеке от него – погибшего днем ранее командира корниловского полка М. О. Неженцева.

Тем же утром выяснилось, что над добровольцами, насчитывавшими в своих рядах не более 5 тысяч человек, включая обоз, нависла угроза окружения. На противоположном берегу реки появился красный отряд из Екатеринодара, с северо-востока, от станицы Медведовской, на соединение с ним подходил отряд Рогачева и Ковалева. Начался артиллерийский обстрел. Генерал Деникин принял тяжелое решение переждать обстрел в колонии и уходить вечером, под покровом темноты. Ему удалось, совершив отвлекающий маневр на запад, повернуть затем на восток и оторваться в конце концов от преследователей (6). Однако красные, ворвавшиеся в колонию утром 3 апреля, обнаружили свежие могилы. Тело М. О. Неженцева было оставлено на месте (4), а тело Л. Г. Корнилова переправлено в Екатеринодар.

Название немецкой колонии у разных авторов дается по-разному. Большинство из них вслед за А. И. Деникиным (6) говорит о «Гначбау» (3, 7, 11, 14). Упоминаются также «Гнадау» (4) и «Гнаденау», и даже явно искаженное «Течбау» (13). Ни одно из этих названий на современных картах Краснодарского края не значится. Однако маршрут отступления описан достаточно подробно, с указанием направления и дистанции (40 верст от Екатеринодара) и привязкой «Гначбау» к реке Понуре, что позволило наметить это место на карте. Здесь сейчас находятся хутор Найдорф (по-немецки Новая деревня) и село Долиновское. Местные жители подтвердили, что Долиновское до Второй мировой войны являлось немецкой колонией.

Установить, в каком из этих двух населенных пунктов был захоронен Л. Г. Корнилов, удалось после анализа картографических и архивных документов. Исследование немецких колоний на Кубани, опубликованное в 1915 году Обществом любителей изучения Кубанской области (ОЛИКО), сообщает, что на правом берегу реки Понура, в юрте станицы Нововеличковской, на участке бывшего генерала Бабыча, стоит немецкая колония Гнадау, насчитывающая 43 двора (5). В перечне населенных пунктов Кубанской области Найдорф не значился, зато указано, что село Долиновское основано в 1884 году как колония Гнадау.

Название «Долиновка (село Долиновское)» появилось не ранее 1921-го и не позднее 1925 года (1). В октябре 1981 года в беседе с одним из авторов (Н. А. Корсаковой. – Ред.) старейший казак станицы Нововеличковской Евтихий Степанович Куныця (1895–1987) сообщил, что корниловцы останавливались в Долиновке, где захоронили тело генерала. Топоним «Гначбау» появляется впервые на «Карте района проектируемой линии Черноморско-Кубанской железной дороги» 1910 года (хранится в экспозиции Краснодарского историко-археологического музея им. Е. Д. Фелицина) в результате опечатки. Работая в 20-х годах в эмиграции над «Очерками русской смуты», А. И. Деникин, очевидно, имел в распоряжении только эту карту, что и послужило причиной распространения ошибочного названия «Гначбау» (как отмечает генерал А. П. Богаевский, Деникин рисовал общую картину событий, стратегическую линию военных действий, мало интересуясь несущественными, с этой точки зрения, деталями) (3).

«Гнадау» на немецком языке приблизительно означает «Долина милосердия». Название режет слух в свете посмертной истории Л. Г. Корнилова. Но еще более странно и лицемерно звучит «село Долиновское». Может быть, следуя духу примирения и согласия, вернуть селению его первоначальное название, проявив милосердие хотя бы к памяти героя России?

Загадка третья. Двукратное захоронение

В воспоминаниях А. А. Суворина сообщается, что в «Гначбау» тело Корнилова было захоронено повторно: «Корнилова хоронили дважды и каждый раз круто меняли дислокацию» (9). Панихида состоялась днем в Елизаветинской, тело закрыли в цинковый гроб и повезли на телеге впереди обоза (6, с. 13). Воспоминания штабс-капитана А. В.Тюрина, опубликованные в 1919 году, объясняют, откуда взялась версия о повторном захоронении: «Во время нашей 4-часовой стоянки под колонией, где мы чинили испорченный мост через плотину, одно из приближенных лиц генералу Л. Г. Kорнилову, телохранитель его корнет Хаджиев, предлагал похоронить его здесь. До колонии было 6 – 7 верст. Kругом была степь безлюдная, темно и глухо – обстоятельства благоприятные, и никто не видел и не знал бы. Но бывший начальник конвоя Kорнилова полковник Григорьев воспротивился этому, заявив: «Это поручено мне, и я сам скажу, где сделать это». Было еще несколько предложений похоронить до рассвета, но ответ был тот же».

Похороны состоялись на другом берегу реки в 2 часа дня 2 апреля 1918 года.

«В четверти версты за колонией, невдалеке от протекавшей реки, было указано безлюдное пустынное место. Начали рыть могилу. Рыли могилу текинцы. В 30 шагах была вырыта другая могила, где был похоронен полковник Нежинцев (так в тексте. – Авт.). Все это производилось поспешно, мер предосторожности было принято мало, а потому, как оказалось потом, могила «верховного» даже не была тщательно замаскирована и довольно ясно была видна по свежей земле» (13).

                                                                 Загадка четвертая. Он или не он

Утром 3 (16) апреля, войдя в Гнадау, отряд комиссара Донцова обнаружил свеженасыпанные могилы Л. Г. Корнилова и М. О. Неженцева. В пятом часу вечера тело Л. Г. Корнилова выкопали и на подводе вывезли в Екатеринодар через хутор Примаки (7). Здесь, во дворе гостиницы Губкиной (сейчас здание историко-археологического музея им. Е. Д. Фелицина) и на Соборной площади, тело подверглось глумлению и издевательствам. В гостинице Губкиной проживали главари советской власти Сорокин, Золотарев, Чистов и другие. Золотарев, появившись в пьяном виде на балконе, затеял спор с Сорокиным, утверждая, что труп привезли люди из его, Золотарева, отряда. С покойника были сделаны фотоснимки, один из которых Чистов подарил «на память» американскому корреспонденту Акселю Гану.

С трупа сорвали последнюю рубаху. Он представлял из себя бесформенную массу, обезображенную ударами шашек, бросанием об землю и прочим рукоприкладством. Затем пополудни он был вывезен на северную окраину к скотобойне (сейчас это примерно территория завода им. Калинина и Дома союзов). Обложив соломой тело, стали жечь его в присутствии высших представителей большевистской власти, прибывших на автомобилях. На следующий день продолжали жечь жалкие останки: жгли и растаптывали ногами, а потом опять жгли. Через несколько дней по городу прошла шутовская ряженая процессия в сопровождении толпы; это должно было изображать «похороны Корнилова». Останавливаясь у подъездов, ряженые звонили и требовали денег на поминки души Корнилова (4).

Насмешка судьбы (или перст Божий): «главковерхи», устроившие глумление над покойником, очень скоро приняли смерть от руки «своих». Золотарев был расстрелян красными же за «кутежи и дебоши», а Сорокин, объявленный вне закона, убит в советской тюрьме в том же «незабываемом» 1918 году (7).

В некоторых источниках (А. фон Лампе, рассказ начальника уголовной полиции Екатеринодара Колпахчева) утверждается, что сожжено было не тело Л. Г. Корнилова, а другого человека; называлась фамилия капитана Леонова (9, с. 13). Вероятно, эта информация ошибочна. При рассмотрении фотографии, подаренной А. Гану, сходство с Л. Г. Корниловым, обладавшим очень характерной внешностью, не вызывает сомнений. Не было сомнений по этому поводу и у А. И. Деникина: «31 марта 1918 года русская граната, направленная рукой русского человека, сразила великого русского патриота. Труп его сожгли и прах развеяли по ветру» (из речи, произнесенной в Екатеринодаре в 1919 году) (6). Член Kубанского областного ЦИK И. Скворцов заявил в цитированном выше интервью: «После осмотра пленными, которые удостоверили, что это генерал Kорнилов, пригласили тех, кто его знал. При осмотре трупа Kорнилова присутствовал и я, так как Kорнилова я знал еще в Петербурге… Несколько раз беседовал с ним лично… Кроме того, 1 июля 1917 г. я видел его на Московском совещании, когда его офицеры несли на руках со станции. Вот почему я говорю: «Сомнения в сторону, Kорнилов убит, и труп его сожжен, а пепел развеян по ветру» (13).

Еще одна гипотеза о том, что вместо генерала был захоронен один из текинцев его конвоя, не подтверждается ни одним мемуаристом. Кроме того, текинцы (туркмены) не имеют в своем облике монголоидных черт, присущих его внешности. Может быть, окончательную ясность здесь внесет экспертное сопоставление лица на фотографии с лицом Л. Г. Корнилова.

Загадка пятая. «Две русские могилы»

Осенью 1918 года Добровольческая армия с боями вернулась на Кубань. Позади уже были и отступление в Сальские степи, и 2-й Кубанский поход, окончившийся взятием Екатеринодара. А впереди – и наступление на Москву, и поражение, и эмиграция. В немецкой колонии Гнадау могила Л. Г. Корнилова оказалась пустой (4), нашли только тело М. О. Неженцева, оставленное большевиками в могиле (по версии Е. С. Куныцы, было обнаружено тело Л. Г.Корнилова; вероятно, отсюда и происходит слух о капитане Леонове и подобные ему). Тело М. О. Неженцева было переправлено в Новочеркасск и захоронено там (3).

В феврале 1919 года французская газета «Пти паризьен» опубликовала репортаж из Екатеринодара (15). В статье, озаглавленной «Две русские могилы», сообщалось следующее:

«Два месяца назад, 25 декабря прошлого года, капитан Фуке, шеф французской военной миссии при добровольческой армии генерала Деникина в Екатеринодаре, возложил от имени Франции два венка на почти рядом расположенные могилы двух бывших русских генералиссимусов Алексеева и Корнилова.

Информация, которая в течение двух последних лет поступает к нам из России, настолько недостоверна и противоречива, что ее можно принять только при документальном подтверждении, и фотографии в этом смысле должны считаться самыми ценными документами.


Страницы: 1 | 2 |

ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru

Назад в раздел: История ККВ // 1917-1920 гг.
Рейтинг@Mail.ru